Наверное, память — удивительная вещь. Она переносит нас в юность, и тогда возникает то самое чувство, которое и грустно, и сладко одновременно. Ностальгия. Вспоминаются друзья, с которыми делили хлеб и мечты. Вспоминаются встречи, после которых кружилась голова. И даже та, первая любовь, что когда-то перевернула мир, — она тоже здесь, где-то между сердцебиением и выдохом. Но всё это осталось только в памяти. В ней — живое, трепетное, бесценное. А вот фотографии… Они заставляют ожить не только мгновения, но и чувства. Запахи, звуки, смех — всё возвращается, когда смотришь на пожелтевший снимок.
У меня есть одна вещь – это генеральская фуражка лётчика. Когда-то её подарил мне преподаватель Станции юного техника Геннадий Кошкин. Простой, казалось бы, предмет. Но в нём — целая эпоха. В нём — дух СЮТа, что стоял на улице Чайковского.
Бывшая школа, во время войны — госпиталь, а после — дом для мальчишек и девчонок, которые хотели творить, изобретать, летать. Здание с огромной историей, и я — часть этой истории.
Я открыл архив со своими фотоплёнками. И воспоминания потекли сами собой, как река, которую долго сдерживала плотина. Вот они, лица. Вот они, дни.
Преподаватель Алексей Елькин — он возил нас на соревнования по авиамодельному спорту. Кордовые модели, визг двигателей, запах керосина и гордость, когда твой самолёт летит быстрее, выше, точнее. Мы не просто делали модели — мы учились преодолевать гравитацию. Не неба, а собственной лени, страха, неуверенности.
А Витольд Валерьевич Маевский… С ним мы постигали основы картинга. Маленькие гоночные машины, крутые виражи, стук мотора и ощущение скорости, которое не передать словами. Он учил нас не только управлять техникой, но и не бояться ответственности. В картинге, как в жизни: нажал на газ — поезжай, не робей.
Был и ещё один наставник — моряк, настоящий, с солёным ветром в глазах. Он возил курсантов морской школы юнг в Конаково, учил вязать узлы, разбираться в компасе и не терять голову в шторм. «Море не прощает слабаков», — говорил он. И мы верили. И старались быть сильными.
А вот о фотостудии можно писать отдельную книгу. Сотрудничество с великой газетой «Серп и молот» раскрыло многие детские таланты. Мы не просто щёлкали затвором — мы учились видеть. Кадр, свет, композиция, мгновение, которое никогда не повторится. Талантливые ребята: Николай Горшков, Дмитрий Осадчий, Светлана Дараган, Надя Горшкова, Маринка Петухова, Надя Антонова, Марина Пряшенкова, Елена Корябина, Кирилл Фёдоров… Список можно продолжать до бесконечности. Мы были разными — тихими и шумными, отличниками и хулиганами. Но нас объединяло одно: любовь к фотографии. И вера в нас наших преподавателей.
Мы много путешествовали. Без всяких отчётных списков, без приказов сверху. Садились в электрички, ехали в поля, в леса, к рекам. Жили в палатках — на всю катушку, с комарами, с костром, с песнями до утра. И много фотографировали. Снимали всё: рассветы, лица друзей, первые робкие попытки поймать свет.
А потом — детские и взрослые выставки. Мы участвовали в них с замиранием сердца: увидят ли наши работы? Поймут ли? Оценит ли кто-то наш взгляд на мир? Делали большие репортажи. Снимали выставки Андрея Миронова и Зинаиды Сидоровой — как персональные, так и детского творчества. Мы были маленькими, но уже важными. Потому что нас учили: твоё дело важно. То, что ты делаешь, имеет значение.
И когда оглядываешься назад, смотришь старые, немного пожелтевшие снимки и интереснейшие публикации в журналах и газетах, то чувствуешь: всё это не зря. Ни один день, ни одна плёнка, ни одна поездка не прошли даром.
Ведь многие дети — вчерашние шалопаи, которые бегали с разбитыми коленками и не слушались старших — превратились в знаменитых и прекрасных людей. Кто-то стал инженером, кто-то — художником, кто-то — педагогом, кто-то — просто хорошим человеком. И всё это — благодаря вниманию, заботе и терпению прекрасных преподавателей со Станции юного техника. А это Геннадий Кошкин, Алексей Елькин, Витольд Маевский, тот самый моряк… Имена, которые мы носим в сердце.
Они не просто давали знания. Они давали крылья. Они верили в нас тогда, когда мы сами в себя не верили. Они подставляли плечо, когда мы падали. И они радовались нашим победам так, будто это их собственные дети поднялись в небо, выиграли гонку или поймали в объектив тот самый, единственный, кадр.
Генеральская фуражка лётчика лежит на полке. Я беру её в руки редко — боюсь, что время сотрёт память. Но сегодня взял и вместе с ней ожили голоса. Витольд Валерьевич, строгий и справедливый. Алексей Елькин, улыбчивый и азартный.
Геннадий Кошкин, который когда-то протянул мне этот подарок и сказал: «Летай. Твоё небо ждёт».
Теперь я смотрю на снимки. Светлана, Надя, Марина, Кирилл… Где вы сейчас? Помните ли вы те палатки, те костры, ту плёнку, которую мы проявляли ночами, боясь дышать? Я помню. И буду помнить всегда.
Станция юного техника на улице Чайковского. Бывшая школа, военный госпиталь, дом, где жили мечты. Он это дом есть, но, уже нет в том виде, каким мы её знали. В генеральской фуражке, в жёлтых снимках, в благодарности, которая не проходит.
Спасибо вам, наши учителя. Вы сделали нас теми, кто мы есть. И пусть эти строки станут маленьким письмом в прошлое, в то счастливое время, когда мы были юными, а мир казался огромным и таким интересным, что не хватало ни одной плёнки, чтобы его сфотографировать.
Василий Кузьмин, фотографии и публикации из архива автора