В стенах Городской библиотеки №2 собрались те, для кого история родного края — не просто набор дат и фамилий, а живая ткань, сотканная из судеб и подвигов. В начале мероприятия поэт Лев Зубачёв прочел стихи об ополчении.
Краевед Виктор Иванов провел лекцию, которая и стала мостом, перекинутым через века — от Смутного времени до самой страшной войны XX столетия. Начал он с истоков. С тех самых пор, когда в лихолетье 1612 года нижегородский староста Кузьма Минин и князь Дмитрий Пожарский подняли народ на защиту Отечества.
Интересной деталью повествования стал рассказ о бароне Фердинанде фон Винцингероде — фигуре удивительной, чья судьба оказалась связана с Россией в эпоху наполеоновских войн.
Презентация на большом экране оживляла лица и события, делая далекое прошлое почти осязаемым. Но главной темой встречи стало московское и клинское ополчение 1941 года. Время было тяжелое, кровавое, но именно тогда с особой силой проявился русский характер.
Клинские ополченцы последний резерв столицы. Когда враг рвался к Москве, на защиту встали все, кто мог держать оружие. Клинские и высоковские ополченцы были сформированы во 2-ю дивизию Сталинского района города Москвы.
Возглавил дивизию генерал-майор Владимир Иванович Вашкевич — кадровый военный, понимавший, что под его началом идут не профессиональные солдаты, а вчерашние рабочие, учителя, студенты. В Клину формирование ополчения проходило в школе № 5 поселка Майданово под руководством комбата Михаила Акимовича Галкина. Именно здесь, в стенах обычной школы, решалась судьба страны.
Речь товарища Сталина, прозвучавшая 3 июля 1941 года, собрала патриотов на защиту Отчизны. Постановлением от 4 июля обязанности по формированию дивизий народного ополчения были возложены на командующего Московским военным округом генерал-лейтенанта Артемьева. По Москве было мобилизовано 200 тысяч человек, по Московской области — 70 тысяч.
Цифры, за которыми стоят судьбы. Вяземский котел трагедия и подвиг многие историки буду о этом спорить. Но самым страшным испытанием для ополченцев стали события 8 октября 1941 года, вошедшие в историю под названием «Вяземский котел». Немецкое командование, реализуя план «Тайфун», бросило на прорыв основные силы группы армий «Центр». 2 октября началось наступление, и уже к 7 октября западнее Вязьмы в окружении оказались четыре советские армии — 37 стрелковых дивизий, 9 танковых бригад, 31 артиллерийский полк.
Потери были чудовищными: более 380 тысяч человек убитыми и ранеными, свыше 600 тысяч попали в плен. Именно там, в вяземских лесах и болотах, сложили головы многие ополченцы, в том числе и наши земляки.
Те, кто носил шинели, сшитые впопыхах, кто лишь недавно держал в руках винтовку, стояли насмерть, ценой своей жизни задерживая продвижение вермахта к Москве.
Как писал маршал Жуков, их стойкость позволила выиграть драгоценное время для организации обороны на Можайской линии. Память, которая не умирает, а ведь лишь единицам удалось выжить в той мясорубке. Они прошли немецкие концлагеря — страшный Дулаг №184 в Вязьме, где погибли до 80 тысяч человек.
Они прошли советские фильтрационные лагеря, где решалась их дальнейшая судьба. Но именно эти герои, пройдя через все круги ада, сумели донести и рассказать правду о тех страшных событиях. Их свидетельства — бесценны.
Это голоса из бездны, напоминающие нам о том, какой ценой досталась Победа. И пока мы помним, пока в библиотеках звучат такие лекции, в школах проводят уроки мужества, а поисковики поднимают останки павших, — жива связь поколений. Жива память о тех, кто встал на защиту Родины, не спрашивая, вернется ли домой.
Василий Кузьмин, фото и видео автора